На стеклах - вечер. Золотая тень.
И капли тянут медленные нити.
Как будто мир, уставший за весь день,
Шепнул: "Постойте. Дальше не ходите."
За мутной далью - гаснущий пожар,
Закатный луч, дрожащий и напрасный.
И каждый отблеск, каждый поздний дар
Становится печалью сладострастной.
О, этот час - ни близкий, ни земной,
Когда в окне размыты очертанья,
И город дышит влажной тишиной,
Как будто ждет иного обещанья.
Бегут ручьи по хрупкому стеклу,
Стирая день, дома, мосты, строенья.
И мнится сердцу в сумраке, в теплу,
Что все вокруг - лишь сон и наважденье.
Кто там, вдали, за пеленою слез,
За этой зыбью тусклого заката?
Не ты ли вновь из сумерек принес
Молчанье - и ушел, и нет возврата?
И я стою. И слушаю. И мгла
Мне шепчет то, что выразить не смею:
Что красота - всегда почти ушла,
И тем сильней мы тянемся за нею.
Что счастье - как вечерний слабый свет
На запотевшем, плачущем стекле:
Оно дрожит, его почти что нет,
Но без него темнее на земле.