Мой первый дом давно стоит в потемках -
Не тот, кирпичный, - тот, что за ребром.
Он не пропал, не сгинул на обломках:
В нем выключили свет - не целиком.
Осталось три окна. В одном - суббота:
За стенкой мама с кем-то говорит,
И подступает первая дремота
Под этот свет, который не болит.
В другом - зима, фонарь над снегопадом,
Где снег к стеклу подходит золотым,
И я - шести неполных - где-то рядом,
Еще ничей, еще неуязвим.
К последнему я подхожу вплотную,
Стучу - и слышу легкие шаги,
И мальчик, отложив войну морскую,
Идет к окну. А за стеклом - ни зги.
Он не увидит: изнутри, из света,
Ночной наш двор - сплошное полотно,
И вместо гостя, вместо силуэта
В стекле лишь мальчик. Так заведено.
Он скажет: "Ветер", - и вернется к бою,
К чужой эскадре в клетчатом листе.
А я останусь темнотой - не скрою:
Ведь окна светятся лишь в темноте.